Мазаччо



При рождении был назван (первое имя): Томмазо ди сер Джованни ди Гвиди
Когда родился: 21 декабря

Где родился: Сан-Джованни-Вальдарно
Когда умер: осень 1428 г.
Где умер: Рим

Гражданство: Италия




Биография

Мазаччо родился 21 декабря 1401 года в денек св. Фомы, в честь которого и был назван, в семье нотариуса по имени Сер Джованни ди Моне Кассаи и его супруги Якопы ди Мартиноццо. Симон, дед грядущего художника (со стороны отца), был мастером художественного ремесла, изготовлявшим сундуки-кассоне и другие предметы мебели. Исследователи лицезреют в этом факте семейную художественную преемственность, возможность того, что будущий живописец столкнулся с искусством и получил свои 1-ые уроки у деда. Дед Симон был безбедным ремесленником, имел несколько садовых участков и свой дом.

Через 5 лет после рождения Томмазо отец, которому было всего 27 лет, в один момент погиб. Его жена, бывшая тогда беременной, скоро родила второго отпрыска, которого именовала в честь отца — Джованни (потом он тоже стал художником, известным под прозвищем Скеджа). Оставшись с 2-мя детками на руках, Якопа скоро вторично вышла замуж, на этот раз за аптекаря Тедеско ди Мастро Фео — вдовца, имевшего 2-ух дочерей. 2-ой супруг Якопы скончался 17 августа 1417 года, когда Мазаччо не исполнилось и 16 лет. После чего он стал старшим мужиком в семье, другими словами практически её кормильцем. Архивные документы докладывают о винограднике и части дома, оставшихся после погибели второго супруга Якопы, но она ими не воспользовалась и доходов с их не имела. Одна из сестёр Мазаччо потом вышла замуж за художника Мариотто ди Кристофано.

Мазаччо рано переехал во Флоренцию. Исследователи подразумевают, что переезд произошёл до 1418 года. Сохранились документы, согласно которым мама Мазаччо снимала жилое помещение в районе Сан Никколо. Возможно, мастерская, в какой работал живописец, находилась кое-где неподалёку. Вазари утверждает, что его учителем был Мазолино, но это ошибка. Мазаччо получил звание мастера живописи и был принят в цех 7 января 1422 года, другими словами ранее Мазолино, принятого в 1423 году. Не считая того, в его произведениях не видно никаких следов воздействия этого художника. Некие исследователи считают, что в 1421 году он работал в мастерской Биччи ди Лоренцо, и приписывают ему терракотовый раскрашенный рельеф из церкви Сан Эджидио. Но стилистика произведений этих живописцев очень различная, чтоб гласить об их близком контакте. Все же, в мастерской Биччи ди Лоренцо с 1421 года работал младший брат Мазаччо — Джованни (Скеджа).

Реальными учителями Мазаччо были Брунеллески и Донателло. Сохранились сведения о личной связи Мазаччо с этими 2-мя выдающимися мастерами ранешнего Возрождения. Они были его старшими товарищами, и к моменту созревания художника уже сделали свои 1-ые успехи. Брунеллески к 1416 году был занят разработкой линейной перспективы, следы которой можно созидать в его рельефе «Битва св. Жору с драконом». У Донателло Мазаччо взял в долг новое понимание людской личности, свойственное для статуй, выполненных этим архитектором для церкви Орсанмикеле.

В искусстве Флоренции начала XV века доминировал стиль узнаваемый как «международная готика». Живописцы этого стиля делали в собственных картинах придуманный мир аристократичной красы, полный лиризма и условностей. В сопоставлении с ними произведения Мазаччо, Брунеллески и Донателло были полны натурализма и грозной актуальной прозы. Следы воздействия старших друзей можно созидать в самой ранешней из узнаваемых работ Мазаччо.

Триптих Сан Джовенале (Триптих из ц. Святого Ювеналия)

Триптих Св. Ювеналия.

Все современные исследователи считают этот триптих первым достоверным произведением Мазаччо (его размеры: центральная панель 108 х 65 см, боковые — 88 х 44 см). Он был найден в 1961 году итальянским учёным Лючано Берти в маленький церкви Св. Ювеналия, расположенной неподалеку от города Сан Джованни Вальдарно, в каком родился Мазаччо, и показан на выставке «Ancient sacred Art» (Старинное священное искусство). Скоро Берти пришёл к заключению, что это уникальная работа Мазаччо, так как изображение персонажей триптиха обладает сильным сходством с другими работами этого мастера — «Мадонной с малышом и св. Анной» из музея Уффици, Флоренция, с «Мадонной» из Пизанского полиптиха, и с Полиптихом Санта Мария Маджоре в Риме.

В центре алтаря Мадонна с малышом и 2-мя ангелами, справа от неё святые Варфоломей и Блез, слева — святые Амвросий и Ювеналий. В нижней части произведения есть надпись, изготовленная уже не готическим шрифтом, а современными знаками, применявшимися гуманистами в собственных письмах. Это 1-ая по времени неготическая надпись в Европе: ANNO DOMINI MCCCCXXII A DI VENTITRE D’AP(PRILE). (23 апреля 1422 года от Рождества Христова). Но, реакция против готики, от которой остались в наследие золотые фоны триптиха, заключалась не только лишь в надписи. При высочайшей точке зрения, обыкновенной для треченто, композиционное и пространственное построение триптиха подчинено законам перспективы, может быть даже чрезвычайно геометрически-прямолинейно (как это и должно быть в ранешних опытах). Пластика форм и смелость ракурсов делают воспоминание громоздкой объёмности, какого в итальянской живописи не было ранее.

Согласно исследованным архивным документам, произведение было заказано флорентийцем Ванни Кастеллани, который патронировал церковь Сан Джовенале. Монограмму его имени — буковку V, исследователи лицезреют в сложенных крыльях ангелов. Триптих был написан во Флоренции, и оставался там пару лет, пока не появился в инвентарной описи церкви Сан Джовенале в 1441 году. Об этом произведении не сохранилось никаких мемуарных свидетельств, хотя Вазари упоминает две работы юного Мазаччо в районе Сан Джованни Вальдарно.

После реставрации триптих был показан на выставке «Metodo a Sienza» в 1982 году, где вновь привлёк внимание критики. На данный момент он хранится в церкви Сан Пьетро а Кашья ди Реджелло.

Триптих св. Ювеналия. Левая створка. Св. Варфоломей и св. Блез.

Триптих св. Ювеналия. Мадонна с малышом.

Триптих св. Ювеналия. Правая створка. Св. Амвросий и св. Ювеналий.

Sagra (Освящение)

Флорентийский живописец 2-й пол. XVI в. Набросок «Сагры» Мазаччо. Кабинет рисунков, Флоренция

7 января 1422 года Мазаччо был принят в гильдию Арте деи Медичи э дельи Специали (гильдия докторов и аптекарей, куда входили и живописцы), а 19 апреля такого же года он совместно с Донателло, Брунеллески и Мазолино учавствовал в праздничной церемонии освящения церкви Санта-Мария-дель-Кармине, находившейся при кармелитском монастыре Флоренции. Позже Мазаччо получил заказ на увековечение этой церемонии во фреске. Но ранее (исследователи обычно датируют Sagra 1424 годом) живописец, возможно, побывал в Риме на праздновании Юбилея 1423 года, так как только этой поездкой можно разъяснить то, что изображённая на фреске процессия очень напоминала древние римские рельефы. Он пристально изучал искусство Старого Рима и преждевременное христианское искусство.

Фреска «Освящение» была написана на стенке кармелитского монастыря, и просуществовала приблизительно до 1600 года. На ней, согласно Вазари, Мазаччо изобразил сцену на площади перед церковью, к которой двигалась большая процессия, развернутая под неким углом и образующая несколько рядов. До наших дней дошли только картинки различных живописцев, (а именно и Микеланджело), копирующие куски этой фрески. Для собственного времени она обладала большой новизной, и, возможно, не приглянулась заказчикам в силу очень огромного воспоминания действительности, которое она производила. В ней не было ничего от обычной готики с её аристократичностью, кружевными дорогими тканями, золотыми украшениями. Напротив, Мазаччо изобразил процессию городских жителей в очень обычной одежке. Посреди участников процессии, по словам Вазари, можно было созидать не только лишь его друзей — Донателло, Брунеллески и Мазолино, да и тех представителей флорентийской политики, которые выступали за преобразования в республике и боролись против миланской опасности — Джованни ди Биччи Медичи, Никколо да Уццано, Феличе Бранкаччи, Бартоломео Валори, Лоренцо Ридольфи, смогшего как раз в 1425 году достигнуть контракта с Венецией против Милана. Лючано Берти считает, что Мазаччо изобразил совсем не религиозную церемонию, а использовал сюжет для воплощения животрепещущих штатских, республиканских, политико-патриотических мыслях. Полностью может быть, что реализм Мазаччо воспринимался в то время не просто как антитеза готике, да и как демократическое искусство средних слоёв, служившее некоторым идеологическим противовесом знати.

Портрет

В своём «Жизнеописании Мазаччо» Вазари упоминает три портрета. Историки искусства потом отождествили их с 3-мя «портретами юного человека»: из Музея Гарднер, Бостон, из Музея роскошных искусств, Шамбери, и из Государственной галереи, Вашингтон. Большая часть современных критиков считает, что два последние не являются работами Мазаччо, так как в их чувствуется вторичность и поболее низкое качество. Они были написаны позднее, либо, может быть, скопированы с работ Мазаччо. Целый ряд исследователей считает достоверным только портрет из музея Изабеллы Гарднер, а Берти и Раггьянти говорят, что на нём изображен юный Леон Баттиста Альберти. Портрет датируют периодом меж 1423 и 1425 годами; Мазаччо сделал его ранее, чем другой портрет Альберти, соответствующий профиль которого можно созидать в его фреске «Св. Пётр на троне» в капелле Бранкаччи, где тот изображён справа от самого Мазаччо.

Мазаччо. Портрет юного человека (Альберти?)Музей Изабеллы Гарднер, Бостон.

Портрет юного человека. Вашингтон, Государственная галерея.

Портрет юного человека. Музей роскошных искусств, Шамбери.

Мазаччо и Мазолино

Мазаччо и Мазолино. Мадонна с малышом и св. Анной. ок. 1424. Уффици, Флоренция. Мазаччо. Мадонна с малышом. (после реставрации) 1424-25гг, Вашингтон, Государственная галерея

Мазаччо участвовал в нескольких совместных проектах с Мазолино, и похоже, что их связывала дружба. По собственному темпераменту и мировидению это были довольно различные живописцы. Мазолино тяготел к аристократичной международной готике с её религиозной сказочностью, плоскостностью и нарядностью, Мазаччо же, по замечанию гуманиста Кристофоро Ландино, был полон скупого энтузиазма к земному миру, к его занию и утверждению его величия, выступая как выразитель стихийно-материалистических форм раннеренессансного пантеизма. Исследователи считают, что новации Мазаччо воздействовали на творчество Мазолино, который, без сомнения, принадлежал к наикрупнейшим мастерам первой половины XV века. По всей вероятности, манера Мазолино, более близкая и понятная большинству современников, давала ему больше шансов на получение добротных заказов, потому в дуэте ему принадлежала ведущая роль устроителя работ, в то время как Мазаччо выступал в роли его ассистента, хоть и очень профессионального. 1-ая популярная сейчас их совместная работа — «Мадонна с малышом и св. Анной» из галереи Уффици.

Мадонна с малышом и св. Анной

В 1424 году имя Мазаччо возникает в перечнях компании Св. Луки — организации флорентийских живописцев. Этим годом критики также обозначают начало совместной работы Мазаччо и Мазолино (более точно — меж ноябрём 1424 года и сентябрём 1425-го).

«Мадонна с малышом и св. Анной» (разм. 175 х 103 см) была написана для церкви Сант Амброджо и находилась там до того времени, пока не была передана во флорентийскую Галерею Академии, а потом в галерею Уффици. Вазари считал её вполне работой Мазаччо, но уже в XIX веке Масселли (1832), а следом Кавальказелле (1864) увидели в картине отличия от стиля Мазаччо. Роберто Лонги, кропотливо исследовавший кооперацию Мазолино и Мазаччо (1940), пришёл к выводу, что Мадонна с малышом и правый ангел, держащий занавес, принадлежат руке Мазаччо, а всё остальное исполнено Мазолино, которому, возможно, и была заказана эта картина (подразумевают, что в связи с тем, что скоро он отбыл в Венгрию, Мазолино поручил окончание произведения Мазаччо). Другие исследователи — Сальми (1948), и Сальвини (1952) считают, что кисти Мазаччо принадлежит и фигура св. Анны, так как её левая рука, простёртая над головой малыша Христа, написана ракурсом, нужным для передачи пространственной глубины. Картине присуща и декоративная краса, характерная Мазолино, и желание передать физическую массу и место, свойственное для Мазаччо.

Средневековая иконография сюжета обычно называемого «Св. Анна втроём» добивалась изображения Анны, на коленях которой посиживает Мария, а на коленях последней — малыш Христос. Иконографическая схема тут сохранена, три фигуры слиты в трёхмерную, верно построенную пирамиду. Грубоватыми формами масс, и крепкой, лишённой грации посадкой Мария припоминает «Мадонну смирения» из Государственной галереи, Вашингтон, которую некие исследователи довольно проблематично приписывают молодому Мазаччо (очень нехорошая сохранность не даёт способности точно найти её авторство, невзирая на то, что Бернсон в своё время считал её работой Мазаччо).

Место картины состоит из параллельных планов (этот приём Мазаччо повторяет в неких композициях капеллы Бранкаччи): на первом плане колени Мадонны, на втором — малыш Христос и руки Мадонны, на 3-ем — туловище Мадонны, на четвёртом — трон, св. Анна, занавес и ангелы, и на последнем — золотой фон. Присутствие св. Анны в картине, может быть, имеет особенный смысл; она символизирует дочернее повиновение монахинь-бенедиктинок по отношению к матушке-настоятельнице (Вердон, 1988).

Совместная работа Мазолино и Мазаччо была продолжена в последующем большом проекте — росписи капеллы Бранкаччи.

Капелла Бранкаччи

Основная статья: Капелла Бранкаччи

Фрески капеллы Бранкаччи являются основным произведением, сделанным Мазаччо за свою маленькую жизнь. С XV века и до настоящего времени, они вызывают постоянное восхищение, как у экспертов, так и у обыкновенной публики. Все же, дискуссии вокруг этих фресок не закончились до сего времени.

Капелла Бранкаччи была пристроена к южному трансепту кармелитской церкви Санта-Мария-дель-Кармине (построена в 1365 году) около 1386 года. Пожелание о строительстве выразил погибший в 1367 году Пьетро Бранкаччи — об этом докладывает в своём завещании от 20 февраля 1383 года его отпрыск Антонио ди Пьетро Бранкаччи, и уточняет, что отец оставил на сооружение капеллы 200 флоринов. В 1389 году представитель другой ветки этого семейства Серотино Бранкаччи пожертвовал ещё 50 флоринов для того, чтоб «adornamento et picturas fiendo in dicta capella» («украсить и расписать обозначенную капеллу»). В 1422 году попечительством над делами капеллы был занят преуспевающий торговец шёлком Феличе ди Микеле Бранкаччи, об этом он докладывает в своём завещании от 26 июня такого же года, когда его выслали с посольством в Каир. Конкретно Феличе считают заказчиком росписей. Этот человек был очень приметной фигурой в жизни Флоренции. Он принадлежал к правящему классу республики: само мало, с 1412 года занимал видные должности в правительстве. Позже он упоминается как засол в Луниджане, потом был послом в Каире. В 1426 году Феличе занимал пост комиссара, офицера, управляющего войсками при осаде Брешии во время войны с Миланом. Его супруга Елена принадлежала к другому видному флорентийскому семейству — Строцци. По всей вероятности Бранкаччи заказал роспись капеллы скоро после приезда из Каира в 1423 году. Большая часть исследователей согласно с тем, что Мазолино и Мазаччо приступили к работе в конце 1424 года (Мазолино был занят заказом в Эмполи до ноября 1424 года), и работа длилась с перерывами до 1427 либо 1428 года, когда Мазаччо уехал в Рим, оставив фрески незавершёнными. Еще позже, в 1480-х годах, неоконченную работу окончил Филиппино Липпи.

Мазаччо. Изгнание из рая

Фрески капеллы посвящены истории жизни св. Петра, но не имеют хронологически поочередного изложения его жития, а представляют собой набор разновременных сюжетов. Возможно, это связано с тем, что сами сюжеты были взяты из трёх источников — «Евангелий», «Деяний Апостолов» и «Золотой легенды» Иакова Ворагинского. Но начинаются они с первородного греха. В капелле Бранкаччи Мазаччо участвовал в выполнении 6 фресок.

1. Изгнание из рая.

На фреске изображён библейский сюжет — изгнание первых людей, Адама и Евы, из рая после того, как Ева нарушила божий запрет. Они, рыдая, удаляются из Эдема, над их головами путь на порочную землю показывает ангел на красноватом облаке с клинком в руке. Размеры фрески 208 х 88 см.

Все исследователи согласны с тем, что она полностью выполнена Мазаччо. Присущий фреске драматизм резко контрастирует со сценой Искушения, написанной Мазолино на обратной стенке. Вопреки готической традиции, сцене Изгнания придана совсем новенькая для тех пор психическая глубина. Адам изображён грешником, не утратившим собственной духовной чистоты. Позу горько плачущей Евы Мазаччо очевидно взял в долг у статуи олицетворяющей Воздержание, выполненной Джованни Пизано для кафедры пизанского собора. В качестве источника вдохновения для изображения Евы исследователи приводят также греко-римскую скульптуру «Венеры Пудика». Аналогии посреди статуи были найдены и для позы Адама — от «Лаокоона» и «Марсия» до более современных примеров, таких как «Распятие», сделанное Донателло для флорентийской церкви Санта-Кроче.

Во время перестройки храма в 1746—1748 годах высшая часть фрески была утрачена. Но ещё ранее, около 1674 года, благочестивые священники распорядились прикрыть гениталии Адама и Евы листьями. В таком виде фреска была до последней реставрации, проведённой в 1983—1990-х годах, когда они были удалены.

2. Волшебство со статиром.

Мазаччо. Волшебство со статиром

Фреска «Чудо со статиром» со времён Вазари считается наилучшим произведением Мазаччо (в неких российских книжках её называют «Подать»).

Этот эпизод из жизни Христа взят из Евангелия от Матфея (17: 24-27). Иисус и апостолы, путешествуя с проповедями, пришли в город Капернаум. Для того, чтоб войти в город, было надо заплатить пошлину в один статир. Так как у их не было средств, Христос отдал приказ Петру изловить рыбу в близкорасположенном озере и сотворить волшебство, достав монету из её чрева. На фреске изображены сходу три эпизода. В центре — Христос в окружении апостолов показывает Петру то, что предстоит сделать; слева — Пётр, поймавший рыбу, достаёт монету из её чрева; справа — Пётр отдаёт монету собирателю налогов около его дома.

Многие исследователи задавались вопросом, почему сюжет с уплатой налога был включён во фресковый цикл. Существует несколько интерпретаций этого эпизода, который как будто бы преднамеренно подчёркивает законность требования уплаты налога. Прокаччи (1951), Мисс (1963) и Берти (1964) согласны с тем, что включение сюжета было вызвано спорами вокруг налоговой реформы, которые велись во Флоренции в 1420-х годах и завершились в 1427 году принятием Catasto (итал. «кадастр») — свода законов, установившего более справедливое налогообложение. Штайнбарт (1948) считал, что сюжеты из деятельности Петра, основоположника римской церкви, были бы намёком на политику папы Мартина V, нацеленную на мировое господство Римской церкви, а монета из Генисаретского озера является намёком на выгодные морские предприятия Флорентийской республики, проводившиеся под управлением Бранкаччи, который, не считая остального, служил во Флоренции морским консулом. Меллер (1961) представил, что сам евангельский сюжет со статиром, может быть, прячет внутри себя идею, что Церковь всегда должна платить дань не из собственного кармашка, но используя какие-то наружные источники. Касацца (1986) прямо за Миллардом Миссом (1963) считал этот эпизод одним из частей historia salutis («история спасения»), так как конкретно так интерпретировал этот сюжет Блаженный Августин, утверждавший, что религиозный смысл этой притчи — спасение через церковь. Есть и другие представления.

Мазаччо выстроил фигуры персонажей повдоль горизонтальной полосы, но группа апостолов в центре образует очевидный полукруг. Исследователи считают, что этот полукруг имеет древнее происхождение, так как в древнюю эру так изображался Сократ с учениками, потом этот паттерн был перенесён в раннехристианское искусство (Иисус с апостолами), а в эру ранешнего Ренессанса у таких живописцев как Брунеллески он обрёл новый смысл — круг символизирует геометрическое совершенство и законченность. Радиальное построение использовал Джотто в падуанских фресках, также Андреа Пизано в флорентийском Баптистерии.

Все персонажи фрески наделены броской индивидуальностью, в их воплощены различные людские нравы. Их фигуры одеты в туники на древний манер — с перекинутым через левое плечо окончанием. Только Пётр, доставая монету из пасти рыбы, снял и положил тунику рядом, чтоб не испачкать. Позы персонажей напоминают позы греческих статуй, также рельефы с этрусских похоронных урн.

Мазаччо. Пётр, деталь фрески.

Мазаччо.Фома, деталь фрески.

Мазолино (?). Христос, деталь фрески.

Мазолино. Голова Адама.

Роберто Лонги в 1940 году пришёл к выводу, что не вся фреска была исполнена рукою Мазаччо, голова Христа была написана Мазолино (голова Адама на фреске «Искушение» сделанной Мазолино в этой же капелле очень похожа на голову Христа). Большая часть исследователей согласились с этим заключением (Мисс, 1963; Берти, 1964—1968; Парронки и Болонья, 1966). Благодаря реставрации, проведённой в 1980-х годах, эта точка зрения отыскала своё доказательство — красочная техника в выполнении головы Христа отличается от всей остальной фрески. Но Бальдини (1986) утверждает, что голова Адама и голова Христа выполнены в разной красочной технике.

3. Крещение неофитов.

Мазаччо. Крещение неофитов.

Эпизод взят из «Деяний апостолов» (2:41): «Итак охотно принявшие слово его крестились и присоединились в тот денек душ около трёх тыщ;». Реставрация 1980-х годов, во время которой был снят слой копоти от свеч и пожара, оголила всю красота светлых красок этой фрески, её прекрасное выполнение, и подтвердила экзальтированные отзывы, которыми она награждалась со времён Мальябекьяно и Вазари.

На фреске изображён апостол Пётр, совершающий ритуал крещения. На втором плане расположились фигуры неофитов, готовых принять новейшую веру. Античные создатели в особенности восхищались естественностью позы обнажённого юноши, озябшего в ожидании ритуала. Вся группа, изображающая «около трёх тыщ душ», состоит из 12 человек (Пётр 13-й), и своим числом перекликается с двенадцатью апостолами образующими «человеческий Колизей» (Христос 13-й) из фрески «Чудо со статиром».

В прошедшем несколько учёных утверждали, что эта фреска не вполне выполнена рукою Мазаччо, что в ней принял роль или Мазолино, или Филиппино Липпи. Лонги (1940) считал, что две фигуры слева от Петра являются работой Филиппино. Его поддержал Ф. Болонья (1966). Прокаччи (1951) веровал, что не считая этого Мазолино написал и голову самого Петра, но после реставрации 1980-х у него не осталось колебаний, что фреска полностью выполнена Мазаччо. Парронки (1989) утверждает, что два портрета слева от Петра написаны неведомым помощником Мазаччо, а голова Петра выполнена так низкокачественно, что не может быть работой ни Мазаччо, ни Мазолино. После реставрации вновь разгорелась дискуссия о кооперации Мазолино и Мазаччо: к примеру, Берти (1989) утверждает, что Мазолино создатель всего пейзажного фона в этой фреске.

4. Святой Пётр лечит хворого собственной тенью.

Мазаччо. св. Пётр лечит хворого собственной тенью.

Сюжет фрески (разм. 230 х 162 см) взят из «Деяний апостолов» (5:12-16), в книжке он следует сходу за историей Анании, которая изображена на примыкающей фреске справа. Апостолы совершали огромное количество чудес, по этому число верующих росло. Уверовавшие выносили нездоровых на улицы Иерусалима в надежде на то, что Пётр собственной тенью озарит кого-нибудь из их. Люди приезжали даже из других селений, и все исцелялись.

Учёные никогда не сомневались, что фреска полностью принадлежит кисти Мазаччо. Начиная со времён Вазари, который считал человека в красноватой повязке портретом Мазолино, и расположил его на страничке жизнеописания этого художника, исследователи пробовали идентифицировать изображённых персонажей с историческими личностями. Меллер (1961) считал, что бородатый мужик, сложивший руки в молитве, - портрет Донателло, а Берти (1966) считал, что Донателло – это старый человек с седоватый бородой, который изображён меж Петром и Иоанном.

Живописец расположил действия на современную ему флорентийскую улицу. Мазаччо изобразил её в перспективе, уходящей за спины апостолов. Исследователи считают, что тут изображён район церкви Сан Феличе на Пьяцца; её запоминающаяся колонна с коринфской капителью видна за спиной Иоанна. На улице расположились дома, соответствующие для средневековой Флоренции. Нижняя часть фасада очень левого строения припоминает Палаццо Веккьо, а верхняя Палаццо Питти.

Раздача имущества и погибель Анании.

5. Раздача имущества и погибель Анании.

Сюжет взят из «Деяний апостолов» (4:32-37 и 5:1-11). В этом разделе книжки описывается, как раннехристианская община собирала имущество в общее использование, чтоб раздавать его в согласовании со справедливыми принципами. Но некто Анания, продав своё имение, при вступлении в общину утаил часть вырученных средств. После укоризненных слов апостола Петра Ананию овладел таковой ужас, что он скончался на месте. Мазаччо в этой фреске (разм. 230х162см) изобразил два сюжета: Пётр раздаёт имущество, пожертвованное апостолам, и погибель Анании, чьё бездыханное тело лежит около ног Иоанна. Сцене раздачи придана некая эпическая торжественность. Все исследователи были согласны с тем, что фреска полностью принадлежит руке Мазаччо. Недавняя реставрация выявила, что розоватый плащ Иоанна и руки Анании были переписаны Филиппино Липпи поверх фрески Мазаччо (Бальдини, 1986).

Вместе с осознанием сюжета фрески, как спасение через веру, существует другая интерпретация, предложенная Лучано Берти(1964). Он считает, что фреска ещё раз восхваляет принятый в 1427 году институт налогообложения Catasto, гарантирующий большее равенство посреди населения республики, полагая, что наказание Анании – урок тем флорентийским богачам, которые не желали платить налоги полностью. Меллер (1961) считает, что фреска содержит напоминание о семействе заказчика: человек, стоящий на коленях в красноватом кардинальском облачении, и протягивающий руку Петру – может быть, кардинал Ринальдо Бранкаччи, либо кардинал Томмазо Бранкаччи.

6. Воскрешение отпрыска Теофила и святой Пётр на кафедре

Воскрешение отпрыска Теофила и св. Пётр на кафедре.

На фреске (разм. 230х598см) изображено волшебство, сотворённое Петром после того, как он благодаря апостолу Павлу был освобождён из темницы. Согласно «Золотой легенде» Иакова Ворагинского (см. выше), Пётр, придя на могилу погибшего 14 годов назад отпрыска Теофила, префекта Антиохии, сумел расчудесным образом воскресить его. Присутствовавшие при всем этом тотчас уверовали в Христа, в христианство перешёл сам префект Антиохи и всё население городка. В итоге в городке был построен прекрасный храм, в центре которого была установлена кафедра для апостола Петра. С этого престола он читал свои проповеди. Проведя на нём семь лет, Пётр отправился в Рим, где 20 5 лет восседал на папском престоле – кафедре.

Мазаччо вновь изобразил на одной фреске два действия: слева и в центре – апостол Пётр оживляет отпрыска Теофила, справа – апостол Пётр на престоле. Живописец расположил сцену в храме, включив в композицию реальных церковных персонажей – представителей кармелитской братии из Санта Мария дель Кармине, и прихожан, посреди которых Мазолино, Леон Баттиста Альберти и Брунеллески. Вазари указывал, что фреска была начата Мазолино, но следующие историки искусства, за редчайшим исключением, считали её работой Мазаччо. В XIX веке учёные возвратились к точке зрения, что это произведение начал Мазолино, а завершал Мазаччо. Не считая того, подавляющим большинством профессионалов принята версия, что окончательное окончание фрески было доверено Филиппино Липпи, который дописал пустые места, оставленные Мазаччо, и переписал испорченные и замазанные куски, на которых были изображены неприятели семейства Медичи, к которым относились Бранкаччи.

Вазари считал, что в виде воскрешённого юноши Филиппино Липпи изобразил живописца Франческо Граначчи, хотя в то время Граначчи был уже далековато не юношей, «…и равным образом месссера Томмазо Содерини, дворянина Пьетро Гвиччардини, отца мессера Франческо, писавшего историю, Пьеро дель Пульезе и Луиджи Пульчи, поэта…» Исследовав иконографию и вероятные портреты фрески, итальянский учёный Петер Меллер в собственной работе «Капелла Бранкаччи: иконографические и портретные проблемы» (1961) подтвердил мировоззрение Вазари, и пришёл к выводу, что фреска, не считая остального, содержит и политический подтекст: кармелитский монах (четвёртый слева) – портрет кардинала Бранда Кастильоне, сидячий на возвышающемся престоле Теофил – портрет миланского барона Джан Галеаццо Висконти, а мужик, устроившийся справа около его ног – канцлер Флорентийской республики Колюччо Салютати, создатель инвектив против миланского правительства. Не считая этого, в правой части фрески около апостола Петра на кафедре стоят (справа влево) – Брунеллески, Леон Батиста Альберти, Мазаччо и Мазолино.

Пизанский полиптих

Пизанский полиптих – единственное точно датированное произведение художника; датировка всех других его работ ориентировочна. 19 февраля 1426 года Мазаччо принял обязательство написать многочастную алтарную картину для капеллы св. Юлиана в пизанской церкви дель Кармине за умеренную сумму в 80 флоринов. Заказ исходил от пизанского нотариуса Сер Джулиано ди Колино Дельи Скарси да Сан Джусто, который с 1414 по 1425 год взял на себя права патронирования над этой капеллой. 26 декабря 1426 года полиптих, судя по платёжному документу, датированному этим числом, был готов. В работе над ним приняли роль ассистенты Мазаччо – его брат Джованни (Скеджа) и Андреа дель Джусто. Раму для этой многочастной композиции исполнил резчик Антонио ди Бьяджо (может быть, по наброску Мазаччо).

Реконструкция Пизанского полиптиха по фон Тойффель.

Реконструкция центральной части Пизанского полиптиха по Джону Шерману.

Мазаччо. Мадонна с малышом. 1426. Нац. Галерея, Лондон.

В XVIII веке полипих был разобран и его отдельные куски разошлись по различным музеям. Многие картины были утеряны вместе с уникальной рамой алтаря. Сейчас от этого огромного произведения осталось только 11 картин. Криста Гарднер фон Тойффель предложила вариант его реконструкции, которого сейчас держится большая часть профессионалов. Но до сего времени остаётся без ответа вопрос, касающийся среднего ряда полиптиха. По одной версии это был обыденный многочастный алтарь. По другой, его средняя часть была не многочастной, а цельной (так наз. pala), другими словами фигуры святых по сторонам от Мадонны были написаны не на отдельных досках, а на одной большой (согласно Вазари, это были апостол Пётр, Иоанн Креститель, св. Юлиан и св. Николай). Состояние имеющихся сейчас фрагментов не даёт способности почувствовать всё великолепие начального плана. Это был один из первых алтарей, композиционное построение которого было основано на не так давно выработанных законах перспективы, с линиями, сходящимися в одной точке. Судя по центральной панели «Мадонна с младенцем», все фигуры центральной части полиптиха были написаны так, как будто они освещены одним источником света с левой стороны.

1. Мадонна с малышом

Мазаччо. Мадонна с малышом. деталь.1426. Нац. галерея, Лондон

«Мадонна с малышом и 4-мя ангелами» (135х73см) была центральной панелью полиптиха. В 1855 году она хранилась в коллекции Саттона как работа Джентиле да Фабриано. В 1907 году Бернард Беренсон обусловил её как работу Мазаччо. С 1916 года картина хранится в Государственной галерее, Лондон. Произведение очень пострадало; оно обрезано в нижней части, на поверхности утраты яркого слоя, обезображенные ретушью. Ранее платьице Мадонны было выполнено светящейся красноватой краской, наложенной на серебряные листы подосновы. Сейчас блестящий декоративный эффект произведения утрачен.

Мазаччо тут фактически вполне отказался от базы готической живописи – ясной, плавной полосы, обрисовывающей силуэты персонажей, но лепит форму цветом, упрощая её, и сообщая ей обобщённо-геометрическую ритмичность (учёные считают, что фигура Мадонны отражает факт кропотливого исследования художником статуи Николы Пизано и Донателло). Он также отрешается тут от декоративной игры орнаментов, присущих его совместной с Мазолино картине «Мадонна с малышом и св. Анной», которые, судя по всему, были ему полностью чужды. Обычный для картин XIV века золотой фон у Мазаччо практически стопроцентно закрыт монументальным антично-классическим троном, увенчанным малеханькими колоннами с коринфским ордером. Тип малыша позаимствован им с древних изображений Геракла в младенчестве; дитя вдумчиво сосёт виноград, помогая пальцами лучше его распробовать. Исследователи считают сюжет с виноградом евхаристической аллюзией, эмблемой вина причащения, т.е. в итоге эмблемой крови Христовой, которая будет пролита на кресте. Этот символизм усиливался сценой Распятия, которая находилась прямо над Мадонной с малышом.

2. Распятие

Мазаччо. Распятие.

«Распятие» (разм. 83х63см) с 1901 года хранится в музее Каподимонте в Неаполе. Картина была атрибутирована Мазаччо и отнесена к Пизанскому полиптиху итальянским искусствоведом Лионелло Вентури. Она написана на золотом фоне, только под ногами персонажей изображена узенькая полоса земли. Золотой фон символизирует вневременность и иномирность происходящего. Слева стоит Мадонна, справа Иоанн Креститель, у подножья креста в отчаянии раскинула руки Мария Магдалина. В целом эта панель полиптиха выдержана в традициях живописи XIV века. Деформированное тело Христа некие исследователи считают неудачной попыткой передать его в многообещающем сокращении при взоре снизу. Невзирая на экспрессивный жест Магдалины, сцене присуща последняя статичность. Роберто Лонги высказал предположение, что фигура Магдалины была приписана мастером позже, т.к. у неё другой, чем у других персонажей, ореол.

3. Апостолы Павел и Андрей

Изображение апостола Павла – единственная часть, оставшаяся от Пизанского полиптиха в Пизе (музей Сан Маттео). Размеры панели 51х31 см. Картина была атрибутирована Мазаччо уже в XVII веке (об этом есть надпись на боковой части). Практически весь XVIII век она хранилась в Опера делла Примациале, а в 1796 году передана в музей Сан Маттео. Павел изображён на золотом фоне с соблюдением иконографической традиции – в правой руке он держит клинок, в левой книжку «Деяния апостолов». По собственному типу он быстрее похож на древнего философа, чем на апостола. В прошедшем часть критиков считала создателем картины ассистента Мазаччо - Андреа ди Джусто, но все современные исследователи делят точку зрения, что это работа Мазаччо.

Панель с изображением апостола Андрея (разм. 51х31см) хранилась в коллекции Ланкоронски (Вена), потом попала в царскую коллекцию царевича Лихтенштейна (Вадуц), а сейчас находится в музее Пола Гетти (Малибу). Фигуре святого придана монументальность, изображение выстроено так, как будто мы смотрим на него снизу. Правой рукою Андрей держит крест, левой «Деяния апостолов». Подобно изображению Павла, лику Андрея придана философская глубина.

Мазаччо. Апостол Павел. 1426. Сан Маттео, Пиза.

Мазаччо. Апостол Андрей. 1426. Собрание Пола Гетти, Малибу.

4. Святой Августин, святой Иероним и два кармелитских монаха

Четыре маленьких панели, любая размером 38х12 см., были приписаны Мазаччо, когда находились в коллекции Батлера (Лондон). В 1905 году их приобрёл Берлинский музей. В 1906 году германский исследователь Шубринг связал эти четыре работы с Пизанским полиптихом, высказав предположение, что ранее они декорировали его боковые пилястры. Трое святых (Августин, Иероним и кармелитский монах с бородой) глядят на право, четвёртый на лево. Все фигуры написаны так, как будто свет на их падает из 1-го источника. Часть исследователей считает, что в этих маленьких работах видна рука кого-либо из ассистентов Мазаччо.

Мазаччо. Св. Августин.

Мазаччо. Св. Иероним.

Мазаччо. Св. кармелитский монах.

Мазаччо. Св. кармелитский монах.

5. Пределла

Сохранились все три картины пределлы: «Поклонение волхвов» (21х61см), «Распятие св. Петра и казнь Иоанна Крестителя» (21х61см) и «История св. Юлиана и св. Николая» (22х62см). 1-ые две в 1880 году были приобретены Берлинским музеем в флорентийской коллекции Каппони. В 1908 году Берлинский музей приобрёл третью – «Историю св. Юлиана и св. Николая». Для первых 2-ух авторство Мазаччо ни у кого не вызывала колебаний, относительно третьей были разночтения: Бернсон считал её работой Андреа ди Джусто, Сальми работой брата Мазаччо – Джованни (Скеджа).

На картинах пределлы Мазаччо не использовал золотые фоны. Исследователями не один раз отмечалась роль пределлы в развитии ренессансной картины в целом: горизонтально вытянутый формат сближал её с древним рельефом; не считая того, конкретно в картинах пределлы живописцы обретали огромную свободу, отказываясь от золотых фонов.

Большая часть исследователей согласно, что первым по времени было написано «Поклонение волхвов». Вазари особо отмечал: «…посреди волхвы, приносящие дары Христу, и в этой части несколько жеребцов написаны так отлично, что лучше и не придумаешь…». Всей сцене придана особенная торжественность. Три волхва изображены со свитой, в какой М. Сальми (1932) усмотрел присутствие заказчика Джулиано де Колино деи Скарси; он стоит в тёмном головном уборе сходу за волхвами, вдумчиво взирая на происходящее.

На последующей доске пределлы изображены два различных сюжета – св. Пётр, которого страдальчески казнили, распяв на перевёрнутом кресте (у Мазаччо он не висит, но упирается головой в землю – повторение сюжета из капеллы Бранкаччи), и обезглавливание Иоанна Крестителя, казнённого по приказу царя Ирода. Палач Иоанна показан со спины, он прочно опирается ногами (эта постановка ног очевидно перекликается с ногами собирателя налогов в сцене «Чудо со статиром» из капеллы Бранкаччи) – конкретно за это умение верно передать постановку ног (чего никто до него не умел) Джорджо Вазари восхвалял Мазаччо.

Присутствие в Пизанском алтаре св. Юлиана и св. Николая и сцен из их жизни исследователи считают следствием того, что св. Юлиан (итал. Джулиано) был святым-покровителем заказчика Джулиано ди Колино, а св. Николай был святым-покровителем его родителей (Колино - сокр. от Николино либо Никола).

История св. Юлиана и св. Николая. Деталь пределлы. Гос. музеи, Берлин.

Распятие св. Петра и казнь Иоанна Крестителя. Деталь пределлы. Гос. музеи, Берлин.

Поклонение волхвов. Деталь пределлы. Гос. музеи, Берлин.

Поклонение волхвов. Деталь. Гос. музеи, Берлин.

Моление о чаше

Мазаччо. Моление о чаше. ок. 1426. Альтенбург, Музей Линденау.

Маленькая панель (50х34см) в форме малеханького алтаря из музея Линденау, Альтенбург, содержит две сцены: «Моление о чаше» и «Причащение св. Иеронима». В верхнем сюжете применен золотой фон, а в нижнем он стопроцентно записан. Фигуры трёх апостолов справа своими очертаниями повторяют форму картины. Большая часть критиков считает, что она была написана сходу прямо за Пизанским полиптихом. В конце XIX века германский учёный Шмарсов приписал её Мазаччо, но, не все исследователи поддержали эту атрибуцию. Бернсон приписывает картину Андреа ди Джусто, а Лонги и Сальми считают работой Паоло Скьяво. Ценность этого произведения и атрибуция Мазаччо были вновь доказаны в работах Ортеля (1961), Берти (1964) и Парронки (1966), которые узрели в нём ярко выраженную оригинальность.

Мадонна с малышом

Мазаччо. Мадонна с малышом. ок. 1426. Уффици, Флоренция.

Это произведение датируют приблизительно этим же временем, что и Пизанский полиптих. На золотом фоне, наложенном на доску размером 24х18 см., написана мадонна, нежно щекочущая подбородок малыша. На обратной стороне изображён герб со щитом, на жёлтом фоне которого красуются 6 звёзд, перепоясанный по центру темной лентой с золотым крестом, вся композиция увенчана кардинальской шапкой – это герб Антонио Казини, который принял кардинальский сан 24 мая 1426 года. Роберто Лонги, представивший публике это произведение в 1950 году и атрибутировавший его Мазаччо, приписал его ко времени сотворения Пизанского полиптиха, так как ему присущи хроматическая гармония и «чудесные пространственные эффекты». Большая часть нынешних критиков согласно с точкой зрения, что это работа Мазаччо.

Сначала XX века картина хранилась в личной коллекции, потом в 1952 году была показана на состоявшейся в Риме «Второй государственной выставке произведений искусства, возвращённых из Германии», в 1988 году была передана в галерею Уффици, Флоренция.

История св. Юлиана

Мазаччо. История св. Юлиана. Флоренция, Музей Хорна.

На маленький доске размером 24х43 см. написана история из жизни св. Юлиана. В левой части св. Юлиан во время охоты дискутирует с сатаной в людском обличье, который предвещает погибель отца и мамы Юлиана от его руки. В центральной части изображены отец и мама св. Юлиана в спальне, где он, приняв их за свою супругу и её хахаля, убил обоих. В правой части он в потрясении лицезреет свою супругу живой. Длительное время эту маленькую панель из музея Хорна, Флоренция, считали некий частью пределлы Пизанского алтаря. Согласно другой версии, эта работа принадлежит другому произведению, в разработке которого Мазаччо мог участвовать с Мазолино – Триптиху Карнесекки.

Троица

Мазаччо. Троица. ц. Санта Мария Новелла

«Троица» представляет собой фреску, размером 667х317 см., написанную в церкви Санта Мария Новелла во Флоренции, и перенесённую потом на холст. Существует несколько точек зрения относительно времени её сотворения. Одна часть исследователей считает, что она была написана до капеллы Бранкаччи, около 1425 года (Борсук, Гилберт, Парронки), другая, что наряду с работами в капелле Бранкаччи в 1426-7 годах (Сальми, Прокаччи, Бранди), 3-я, что конкретно перед отъездом Мазаччо в Рим в 1427-8 годах (Берти).

На фреске изображён Бог-отец возвышающийся над распятием, около которого четыре фигуры грядущих – Марии и Иоанна Богослова, и под ними - два донатора, сложившие руки в молитве. В нижней части написана гробница с мощами Адама. Невзирая на то, что на фреске находится донатор с женой, не сохранилось никаких документов, касающихся заказчика этого произведения. Одни считают, что им мог быть Фра Лоренцо Кардони, служивший приором церкви Санта Мария Новелла с 1423 до начала 1426 года, другие, что это был Доменико Ленци, который погиб в 1426 году и был похоронен в этом храме рядом с фреской. Может быть также, что фреску заказал Алессо Строцци, который был другом Гиберти и Брунеллески, занявшим должность приора церкви прямо за Фра Лоренцо Кардони.

Схема построения линейной перспективы "Троицы" Мазаччо.

«Троица» считается одним из самых основных произведений, повлиявших на развитие европейской живописи. Ещё в 1568 году фреской восхищался Вазари, но через несколько лет в храме был воздвигнут новый алтарь, который закрыл её от публики, причём, центральное панно этого алтаря – «Мадонну чёток», написал сам Вазари. Фреска оставалась неведомой для последующих поколений прямо до 1861 года, когда она была перенесена на внутреннюю стенку фасада меж левым и центральным входом в храм. После того, как Уго Прокаччи в 1952 году за воздвигнутым в XIX веке неоготическим алтарём нашел нижнюю часть фрески с изображением мощей Адама, её перенесли на старенькое место.

В связи с тем, что в этом произведении с особенной последовательностью воплощены законы перспективы и строительные принципы Брунеллески, критики не один раз писали, что оно было сотворено под конкретным управлением этого конструктора, но большая часть не делит эту точку зрения. В отличие от обычного изображения распятия на фоне голубого неба с рыдающими ангелами и массой у подножья, Мазаччо расположил крест в строительном интерьере, схожем на свод древнеримской триумфальной арки. Вся сцена очень припоминает строительную нишу, в какой стоят статуи. Разработка производства композиции, возможно, была ординарна: Мазаччо вбил гвоздь в нижней части фрески, от которого натянул нити, и прочертил по ним поверхность сланцевым карандашом (его следы просматриваются и сейчас). Таким макаром была выстроена линейная перспектива.

Согласно более распространённой интерпретации иконографии этой фрески, она отсылает нас к обычным средневековым двойным капеллам Голгофы, в нижней части которых размещалась гробница Адама (мощи), а в высшей части распятие (подобные капеллы копировали храм Голгофы в Иерусалиме). Исследователи считают, что в этой конструкции воплощена мысль движения людского духа к нескончаемому спасению: произрастая из земной жизни (тленного тела) через молитву (двое грядущих) и заступничество Богоматери и святых (Богоматерь и Иоанн Креститель) дух устремляется к Троице – высокому воплощению божественной сущности.

Берлинское тондо

Древесный поднос поперечником 56 см. расписан с 2-ух сторон: на одной Рождество, на другой – путто с малеханькой собачкой. В 1834 году тондо было собственностью Себастьяно Чьямпи из Сан Джованни Вальдарно, в 1883 году Берлинский музей приобрёл его во Флоренции. Обычно эту работу датируют периодом последнего пребывания Мазаччо во Флоренции перед тем, как он отправился в Рим, где скончался. С 1834 года произведение приписывают Мазаччо (поначалу Гверранди Драгоманни, потом Мюнц, Боде, Вентури, Шубринг, Сальми, Лонги, и Бернсон). Но есть те, кто считает его работой Андреа ди Джусто (Морелли), либо Доменико ди Бартоло (Бранди), либо произведением анонимного флорентийского художника, работавшего меж 1430 и 1440 годами (Питталуга, Прокаччи, Мисс).

Мазаччо. Рождество. Лицевая сторона.

Мазаччо. Путто с собачкой.

Произведение представляет собой desco da parto - обеденный стол для рожениц, который в то время было принято даровать дамам из богатых семей, поздравляя их с рождением ребёнка (как это происходило – можно созидать в изображённой сцене рождества: слева, посреди подносящих дары, стоит мужик с таким же деско да парто). Невзирая на то, что подобные произведения были близки работам ремесленников, самые именитые живописцы кватроченто не брезгали их созданием. Берти лицезрел в этой работе «первое ренессансное тондо», обратив внимание на принципиальные нововведения и внедрение выстроенной в перспективе архитектуры в согласовании с принципами Брунеллески. Традиционная гармония, присущая этой работе, будет продолжена во фресках Фра Анджелико.

Последний период

Шарль Огюст Кудер. Погибель Мазаччо. ок. 1817. Эрмитаж, СПб.

Из немногих архивных документов, касающихся жизни художника, сохранилась запись флорентийского налогового кадастра. Она датирована июлем 1427 года; в ней сообщается, что Мазаччо совместно с мамой снимал скромное помещение на Виа деи Серви, имея возможность содержать только часть мастерской, разделённой с какими-то другими живописцами. В своём «Жизнеописании Мазаччо» (1568г.) Вазари даёт ему такую характеристику: «Человеком он был очень рассеянным и очень беззаботным, подобно тем, у кого вся дума и воля сосредоточены только на вещах, имеющих отношение к искусству, и кто не достаточно уделяет свое внимание на себя и ещё меньше на других. И потому что он никогда и никак не желал мыслить о прозаических делах и заботах, в том числе даже о собственной одежке, и имел обыкновение добиваться средства у собственных должников только в случае последней нужды, то заместо Томмазо, каково было его имя, его все звали Мазаччо , но не за порочность, ибо от природы он был хорошим, а за ту его рассеянность, которая не мешала ему с таковой готовностью оказывать другим такие услуги и такие любезности, о которых и грезить не приходилось».

Мазаччо имел много долгов. Это подтверждается заметкой о погибели художника, изготовленной в 1430 году одним из его кредиторов, который выражает колебание в платёжеспособности собственного должника, делая упор на слова его брата Джованни (Скеджи), который отказался от состоящего из долгов наследия Мазаччо. Таково было положение дел перед его отъездом в Рим.

Сколько месяцев Мазаччо провёл в Риме, не ясно. Погибель его была внезапной, но для версии об отравлении, изложенной Вазари, нет никаких оснований. Антонио Манетти лично слышал от брата художника, что он погиб в возрасте около 27 лет, другими словами в конце 1428 года, либо в самом начале 1429-го. В налоговых документах в ноябре 1429 года напротив имени Мазаччо рукою бюрократа изготовлена приписка: «Говорят, что он погиб в Риме». Из откликов на его погибель, сохранились только слова Брунеллески «Какую огромную утрату мы понесли». Возможно, эти слова свидетельствуют о малочисленности кружка художников-новаторов, понимавших сущность творчества мастера.

Двухсторонний триптих из ц. Санта Мария Маджоре

Мазаччо. Св. Иероним и Иоанн Креститель. Нац. галерея, Лондон.

В 1428 году Мазаччо оставив незаконченными фрески в капелле Бранкаччи, отправился в Рим. Вероятнее всего, его туда позвал Мазолино для работы над полиптихом для римской церкви Санта Мария Маджоре и другими престижными заказами. По воззрению большинства учёных, Мазаччо успел начать левую створку алтаря с изображением св. Иеронима и Иоанна Крестителя. Дописывать триптих пришлось Мазолино в одиночестве. В XVII веке это произведение хранилось в Палаццо Фарнезе, но в XVIII веке было разобрано и продано. Триптих был двухсторонним, потому так же как в случае со известной «Маэста» Дуччо, он был продольно распилен так, чтоб отделить лицевую и обратную поверхность. В конечном итоге «Св. Иероним и Иоанн Креститель» и «Св. Либерио и св. Матфей» оказались в Английской Государственной галерее, центральная панель «Основание храма Санта Мария Маджоре» и «Вознесение Марии» в музее Каподимонте, Неаполь, «Св. Пётр и Павел» и «Иоанн Богослов и св. Мартин Лоретский» в коллекции Джонсон, Филадельфия.

Мазолино. Распятие. фреска из ц. Сан Клементе.

На картине (114х55см) изображён в полный рост св. Иероним согласно иконографическому канону: в красноватом облачении и шапке, рядом с ним посиживает лев. За его спиной стоит Иоанн Креститель. Картину приписал Мазаччо британский исследователь К. Кларк в собственной статье, изданной в 1951 году. Но некие учёные приписывают это произведение Мазолино либо даже Доменико Венециано.

Фрески в церкви Сан Клементе

Согласно сообщению Вазари, Мазаччо обрёл в Риме «величайшую славу» достаточную для того, чтоб получить заказ от кардинала Сан-Клементе на роспись капеллы Св. Екатерины в церкви Сан-Клементе с историями из жизни этой святой (фрески сейчас считают работой Мазолино). Но его роль в росписях вызвало потом посреди учёных серьёзные сомнения. Некие из их (Вентури, Лонги, и, с обмолвками, Берти) считают, что Мазаччо могут принадлежать синопии (подготовительные картинки на штукатурке) в сцене Распятия, непосредственно – в изображении рыцарей слева. Все пробы отделить руку Мазаччо от руки Мазолино в этих фресках не выходят за рамки догадок. Фреска со сценой Распятия очень пострадала, и пребывает в таком состоянии, которое не даёт способности сделать какие-то четкие анализы и выводы.

Творчество Мазаччо оказало глубочайшее воздействие на развитие ренессансной живописи, и обширнее – всей европейской живописи в целом. Его работы изучали многие поколения живописцев, посреди которых были Рафаэль и Микеланджело. Маленькая, но необыкновенно богатая творческими открытиями жизнь известного мастера приняла в Европе практически знаменитый вид, и отыскала отклик в произведениях искусства. О нём вышло огромное количество книжек и журнальных статей на многих языках мира.

Короткая библиография

На российском языке Романов Н. И. Мазаччо // Учёные записки Столичного института. Вып. 126. М., 1947. Знамеровская Т. П. Задачи кватроченто и творчество Мазаччо / Ленинградский ордена Ленина и ордена Трудового Красноватого Знамени муниципальный институт имени А. А. Жданова. — Л.: Изд-во ЛГУ, 1975. — 176, с. — 8 750 экз. (обл.) Лазарев В. Н. Мазаччо // Начало ранешнего Возрождения в итальянском искусстве. М. 1979. Дзери Ф. Мазаччо. Троица. М. 2002. На зарубежных языках M.Salmi. Masaccio. Rome 1932. M. Pittaluga. Masaccio. Florence 1935 K. Clark. An Early Quattrocento Triptych from Santa Maria Maggiore, Roma, in “Burlington Magazine” 1951, pp.339-347. U. Procacci, Masaccio, Milan 1951 L. Berti, Masaccio 1422, in “Commentari” 1961 pp.84-107 P. Meller, La Capella Brancacci. Problemi ritrattisci e iconografici, in ”Acropoli”, III and IV, 1961 L. Berti, Masaccio, Milan 1964 F. Bologna, Masaccio, Milan 1966 A. Parronchi, Masaccio, Florence 1966 L. Berti, L’opera completa di Masaccio, Milan 1968 C. Del Bravo, Masaccio. Tutte le opera, Florence 1969 J.H. Beck, Masaccio: the documents, in “The Harvard University Center for Italian Renaissance Studies” Villa I Tatti, Locust Valley – N-Y 1978 B. Cole, Masaccio and the Art of Early Renaissance Florence, Bloomington & London, 1980 L. Berti, R. Foggi, Masaccio, Florence 1989 John T. Spike, Masaccio, Milan 2002

Произведения

Мазаччо на Викискладе? Капелла Бранкаччи Троица (Мазаччо) Изгнание из рая

Триптих св. Ювеналия. Левая створка. Св. Варфоломей и св. Блез.

Триптих св. Ювеналия. Мадонна с младенцем.

Триптих св. Ювеналия. Правая створка. Св. Амвросий и св. Ювеналий.

Другие материалы в этой категории: « Мазо ди Банко Лути Бенедетто »

Адрес выставочного зала "Пересветов переулок"

Режим работы выставочного зала:

ЕЖЕДНЕВНО с 10 до 21

вход бесплатный